Секретный архив по тэгам

Показаны все дела из архива, содержащие тэг «окололитературное», за исключением суперсверхсекретных — 14 шт.

Компот

Сегодня со всей однозначной неотвратимостью пришла мысль, что пора закручивать компот. Не то, компот, когда вырезал из гнилого яблока пару фрагментов, добавил горсть сушеных волчьих ягод, замороженного хека и всё вскипятил. Не тот. А тот, который красивый, яркий, ароматный в банке на Новый год радует. Его можно и не делать вовсе, но тогда одна красочка в жизни будет упущена. А красочек не так много, чтобы ими разбрасываться.

Ну и вот, клубника же сейчас и малина в самом соку, стало быть, пора варить. Для закупа ягодного материала было решено отправиться на ярмарку «Турксиб», что на Суюнбая. Я даже обнаружил, что у этой ярмарки имеется свой инстаграм-аккаунт и сайт. А на сайте написано, что помимо собственно разной базарной истории, там есть ещё и бизнес-центр. На ярмарке «Турксиб». А в бизнес-центре есть коворкинг с жизнерадостным названием «Эгрегор». И это я не выдумываю, так написано. Поэтому поехали мы на «Турксиб», чтобы взглянуть на этот их эгрегор.

На месте мы увидели хоть и аккуратный, но вполне обычный базар, где приобрели необходимую нам сельскохозяйственную продукцию. Эгрегора никакого не видели, зато зашли на так называемые «ретро-ряды», а точнее, контейнеры с разным пыльным хламом. И, блин, это нечто.

Слушайте, ну мне приходилось бывать на развалах старьевщиков в Италии и Франции, там где продаются старые дедушкины часы с профилем Наполеона, стул работы известного австрийского мастера, записи кастрата Фаринелли и массивный подсвечник времен Тюдоров. Это нормально, там даже посмотреть интересно, как в музее. У нас не так. У нас это какой-то уголок «Всё из ближайшего бомжатника». Тут тебе и страшные пыльные матрасы, вытащенные дедом в 43 году из-под мёртвого фашиста, и ржавый утюг без ручки, и телевизор «НАМ», по которому продолжает идти передача «Детский час» с Сергеем Супоневым, и магнитофон «Романтик» со странными брызгами на корпусе, и кран, стоявший 20 лет в хрущёвке. Я никогда не думал, что все эти вещи, которые мы всегда вносили на помойку, можно продавать. Казаны с остатками еды эпохи неолита, мундир лейтенанта стройбата, лыжная мазь и платьице, в каком мама ходила на свидание к папе. Всё, что дома уже не нужно, всё там. Окаменевшая отрыжка мамонта, щипцы для кипячения белья, жестяная банка из-под зелёного горошка «Глобус». Всё там есть, кроме покупателей. Потому что заходить страшно. Такой эгрегор. Хотя после коворкинга заскочить за ржавыми санками — дело святое, конечно.

Ну, а мы отправились оттуда подальше, чтобы приступить к магическому процессу. Помыть ягоды, почистить ягоды, вскипятить воды, налить кипятка на ногу, разложить ягоды по банкам, залить кипяток в банки, снова вылить кипяток в кастрюлю, вскипятить, налить на ногу, снова в банки. В общем, там сложно. В итоге получается компот, я проверял. Как это работает — науке неизвестно, нужно просто повторять последовательность действий и укладывать банки под старую тёплую куртку. А зимой будет вкусно и ароматно. И будет что вспомнить. Ибо, эгрегор тот ещё. Ноги вот подлечим и вперёд.

Моя книга

Друзья, вот и настала пора рассказать вам об очень важном этапе моей жизни. Знаете, сколько я себя помню, я мечтал написать книгу. Это лет с пятнадцати точно. Я много чего-то писал, пробовал, экспериментировал — стихи, проза, публицистика. Матерные частушки, в конце концов. И вот было очень страшно подойти к самому главному, к тому моменту, когда я отпущу это всё в мир. Но мне завтра 37, и тянуть уже больше некуда. Поэтому моя книга готова и ищет своих благодарных читателей. Это моё дитя, которое я вынашивал много лет, и очень за него переживаю.

 

Надеюсь, её судьба сложится удачно. Моя книга в этот раз не о кулинарии, моя книга о том, что окружает меня, о моментах моей жизни, наблюдениях, настроениях и нас с вами. Главным её персонажем является сама Жизнь во всех её проявлениях. А большего я рассказать не могу. Пусть за меня лучше это сделают мои рецензенты.

Читать полностью пост «Моя книга»

Мои белые ночи

image

Было лето. Жидкий Петербургский июнь стелился промозглыми туманами по берегами Суздальских озёр. Непривычный для южного человека холодный воздух, напитанный влагой, оседал каплями на балконных стёклах. Мы гостили у родственников в маленькой квартирке на 25 этаже нового ещё не обжитого дома, где подъезды пахли масляной краской, а пока не исписанные вандалами лифты беззвучно и стремительно скользили по шахтам, заставляя внутренности сжиматься. Из окон однокомнатной клети был виден кусочек Выборгского шоссе с его блестящими от ночного дождя трамваями, был виден кусочек серого озера и были видны маленькие точки вечно куда-то спешащих людей. А если выйти на лестничную клетку и пройти на общий балкон с другой стороны дома, то оттуда можно было увидеть широкую панораму в сторону ул. Композиторов – только нужно держаться за перила, сопротивляясь порывам налетающего балтийского ветра.

Читать полностью пост «Мои белые ночи»

Январеведение. Старый текст.

Это раньше, в детстве и юности казалось, что январь — очень короткий, внезапный месяц. Он начинался дымом петард, пузырьками дешёвого шампанского и заиндевевшими в холодильнике салатами, принося свой первый день в жертву Богам сновидений. Он продолжался пыльными страницами учебников, сессионным мандражом и хмельными посиделками в честь сдачи очередного экзамена. Он был наполнен походами в гости, сияющим снегом на горных вершинах, морозным воздухом, хранящимся прямо на моём не стеклённом балконе, шашлыком на тринадцатое и каникулярным угаром после двадцатого. Январь проносился воющей электричкой по ржавым рельсам повседневности, тут и там оставляя после себя мятые конфетные фантики и тёплые отпечатки чьи-то губ на горящей от мороза щеке. Он был фееричен и краткосрочен как вспышка стробоскопа.

Читать полностью пост «Январеведение. Старый текст.»

Кулинарные заметки мизантропа

Мы движемся по плавящемуся от зноя асфальту пригородного шоссе, двигатель автомобиля уютно урчит, горячий воздух из окна обдувает разгоряченное лицо. Теплые напитки не очень помогают, хочется охладится, вздремнуть и ещё, почему-то, хочется есть. В жару не должно бы, а вот хочется. И цель пути ещё далека.

По пути регулярно попадаются странного вида вывески, приглашающие отведать нехитрой придорожной снеди. Останавливаться страшно, но голод сильнее, и мы выбираем одну из вывесок поновее. Асхана «Куырдак» — восклицают неровные праздничной яркие буквы. Всё остальное чистое и белое, не занесенное ещё летней пылью. По бокам несколько раз настойчиво указано – «Пельмени». И стрелка в ту сторону, где эти пельмени гнездятся. Вместо входной двери китайская противомоскитная сетка, смыкающая за нашей спиной свой магнитные застежки.
Внутри несколько столов, застеленных весёленькими клеёнками, ощутимый столовский запах времён школьного детства и несколько человек, лениво беседующих за едой. Один из столов горбится тряпкой, которую жестом факира срывать немолодая разносчица, приветливо встречающая нас золотозубой улыбкой. Под тряпкой обнаруживается стакан с вилками и ложками. Из не очень внятной речи разносчицы мы узнаем, что столовая открылась всего пару недель назад, что нам очень рады и что садитесь жрать, пожалуйста. В меню уже известные нам пельмени, давший название столовой куырдак и казан-кавап, как блюдо премиум-класса. Заказываю себе казан-кавап, а ребенку пельмени. Жую принесенный разносчицей заветренный хлеб, запиваю чаем из пакетика. В помещении всё-таки не так жарко, как на улице. Ребенку ворчит, ему не нравится гулкий зал, запах из кухни и вообще всё вокруг. Ребенок чувствует больше нашего. И ещё эта нелепая игрушечная собака на одном из столов. Хоть снимай фильмы ужасов.

Читать полностью пост «Кулинарные заметки мизантропа»